В окружении домов
Завод находится в самом сердце посёлка. С севера стоят бараки, с юга — дома. Западную часть жилого сектора отделяет железная дорога, по которой то и дело проходят поезда обслуживания.
В советское время здесь изготавливали железобетонные изделия. Выбросов было мало. Потом стены предприятия опустели. И, в конце концов, перешли в частные руки.
Собственник сдал площади в аренду. За несколько лет компании за забором сменились — спугнули постоянные проверки и жалобы. Сейчас площадку заняли две организации. Делают смеси и перерабатывают топливо.
В прошлом году на территорию завезли дробилки. Рядом с ними появлялись чёрные холмы: машина за машиной. Жители думали, подвезли камень. Оказалось — марганцевая руда.
— В Минэкологии нам ответили: действительно, на заводе хранят навалом марганцевую руду, камень. Всё на открытой площадке, что нарушает экологические нормы, — рассказала Наталья Смирнова, местная активистка.
Наталья Михайловна не один год борется за чистый воздух. В её папке скопились ответы из разных ведомств: Природоохранная прокуратура, управление экологии, Минэкологии. Сейчас подали жалобу в Минпромторг.
Есть даже документ от полиции. Стражи порядка документально подтвердили работу завода. Наталья говорит, после жалоб, предприниматель «скрывается». Включает дробилки лишь по утрам и вечерам.
— Нам даже в природоохранной прокуратуре говорили: навалом ничего не лежит, никакой работы не осуществляется. А выбросы в пределах нормы, — говорит Наталья Смирнова.
Теперь о том, что завод работает, знают все: и прокуратура, и министерства, и городская администрация. «Они говорят: мы уже не спим с вашим Супряком», — передаёт активистка слова чиновников. Только ситуация пока не изменилась.
Жильцы бьют тревогу. Завод находится в санитарной зоне водозабора. Здесь насосная станция питает полгорода. Под угрозой могут оказаться Ленинский район и Левый берег.
— Первая скважина 10-й насосной находится в 800 метрах. Здесь речка, лес. И вот когда он дробит гранит, марганец, эта пыль вонючая идёт над речкой, над лесом, в сторону насосов, — говорит жительница посёлка, Полина Ротанова.
По словам активистов, предприятию запретили работать. Мол у него нет документов на деятельность. Это не совсем так. Но разрешений на выбросы у завода точно нет.
Выбросы незаконны
Сейчас охраной воздуха и поверхностных вод занимается Экологический контроль. Им передали полномочия совсем недавно. Весь год представители Минэкологии не отходили от Супряка.
— Первые проверки показали, что предприятие на момент выезда не работало. При поступлении последних обращений, мы связались с жителями, которых попросили сообщить о работе предприятия. По сообщению выехали, зафиксировали работу и провели проверку, — рассказала Наталья Сухова, начальник магнитогорского отдела регионального экологического надзора.
Проверка показала: предприятие не провело инвентаризацию выбросов загрязняющих веществ. Юрлицу выдали предписание. И штраф — на сумму 20 тысяч рублей.
В ведомстве добавили: предприятие показало протоколы замеров. Все пункты по выбросам не превышают санитарных норм. Потому, речь идёт о контроле, а не о запрете загрязнения.
— Марганцевая руда содержит небольшое количество марганца. Месторождение, откуда добывается эта руда — содержание марганца там от 8 до 14%, — объяснила Наталья Сухова.
Решение — в ноябре
На столе исполняющего обязанности природоохранного прокурора лежит толстая подшивка. Внутри — жалобы, карты, экспертизы и решения судов. Все документы по заводу в Супряке.
С предприятием пытаются сладить с 2013 года. Сначала вопросы решали с одним юрлицом, потом с другим «арендателем» завода. После проверок, компании исчезали с территории.
В этот раз церемониться не стали. В начале 2017 природоохранная прокуратура обратилась в суд. Потребовала от предпринимателя оформить документы на выбросы. Суд дал шесть месяцев. Они истекают 4 ноября.
— Если действия не выполнят, инициируют исполнительное производство службой судебных приставов. В случае выявления недобросовестности поведения руководства и намеренном неисполнении решения суда, может быть решён вопрос о его уголовной ответственности, — говорит Денис Баглаев, и.о. магнитогорского природоохранного прокурора.
Предприятию нужно разработать проект выбросов, согласовать нормативы, узнать перечень веществ. После чего утвердить бумаги во всех ведомствах — от Роспотребнадзора до Минэкологии.
Недобросовестность — это если предприятие так и не начало заниматься бумажными делами. Тогда компанию могут закрыть, а оборудование — вывезти.
Однако, если директор завода оформит все документы, получится не совсем то, что хотят жители. Предприятие продолжит пылить и шуметь. Но уже на законных основаниях.
