О выборе профессии

Я в детстве не мечтал быть артистом. Я где-то до 7-го класса хотел быть врачом, хотел быть хирургом, лечить людей. А когда перенес операцию по аппендициту на себе, то сказал: «Нет, я не буду доставлять людям боль. Я лучше буду их радовать». Я родился в поселке Игра в Удмуртии. И про театр тогда ничего не знал. Так только, через телевидение. Но к нам приезжали артисты несколько раз из Ижевска. И вот мне очень понравился театр кукол. Просто потрясающий для меня – там такая сказка! В поселке увидеть живой театр на сцене – это был восторг!

Куклы или драма

О профессии кукольника не мечтал. Я хотел быть драматическим артистом. Мы все хотели быть драматическими артистами. Все! Но все поступают на драму, на третьем туре проваливаются и переходят на куклу. Вот и все. Лишь бы остаться в театре. А какая разница кукольный или драматический артист? Они же получают полностью мастерство. Правда, у нас еще дополнительно кукла.

Театр «Буратино»

Театр «Буратино» я знаю с 1979 года. Я ездил сюда и смотрел все спектакли Шраймана, которые здесь были поставлены. Я просто влюбился в этот театр! Я мечтал сюда попасть! Но попасть сюда было сложно. Здесь была такая сильная мощная труппа. Но в 82-м году часть артистов уехали в Пермь. И мне повезло, меня Шрайман взял. Так я и остался в этом театре. Чем мне театр «Буратино» понравился – это театр куклы и актера! Здесь можно проявить себя и как артиста в драматическом плане и как кукольника. Поначалу я не понимал, как можно вложить душу в куклу? Как можно через куклу выразить себя? Я понимаю, когда я сам на сцене как драматический актер…. Сейчас, когда беру куклу, я сразу вижу ее характер. Я играю самого себя. И для меня, чем характернее кукла, тем интереснее.

О любимых куклах

Шпрехшталмейстер из спектакля «Муха-Цокотуха». Этого персонажа в принципе в сказке нет. Но у нас же там цирк придумали. Миша Кривенко – это художник, с которым я давно работаю – мне он очень нравится, потрясающий художник! Так мы друг друга чувствуем! Я говорю: «Миша! «Муха-Цокотуха» задумана как мюзикл «Принцесса цирка». Поэтому должны быть такие опереточные герои. И вот он сделал такого замечательного шпрехшталмейстера.

О курьезах профессии

Куклы ломаются на сцене очень часто. Нога отлетит, рука отлетит. И ничего: держишь, прячешь, изворачиваешься. Постольку спектаклей сыграешь, конечно, ломается все. Ой, много чего такого было! А тексты…естественно, тексты вылетают иногда. Выходишь на детский спектакль, а начинаешь говорить фразами вечернего. Конечно, зритель ничего не понимает. Но у тебя же есть партнеры. Могут пнуть: «Чего мелешь?!».

Амплуа режиссера

Это была вынужденная ситуация. Да, не было режиссеров в театре. Шрайман уехал в 91-м году. Нужно было делать новогодние детские спектакли. Я взялся и все. Как-то пошло-пошло. По наитию все. Я никогда не строю планов, что сегодня поставить, что завтра, что через год. А вот родится что-то, заинтересует материал и вот хочется сделать и все. Меня очень многому научили мои режиссеры – мастера, у которых я работал. Это Шрайман, Скоморохов, Ларин. Вот мастера! И все разные! И у каждого я взял по чуть-чуть.

О зрителях

Сейчас такие дети стали…. Это раньше, во времена Советского Союза, даже если спектакль красивый, а души в нем нет, ребенок все равно смотрит. Сейчас ребенок так не смотрит. Сейчас, если скучно – телефон. «О, тут интереснее!». Поэтому удивить нынешнего ребенка очень сложно. Режиссеру надо понять, что сегодня интересно ребенку: боевики, или сказка, или какой-то оригинальный жанр.

О хоккее и Олимпиаде

Я не был болельщиком. Многие вещи в моей жизни вообще происходят случайно. И я благодарен этим случайностям. Был до этого судьей-информатором другой артист – Игорь Кравченко. А у него очень обширный репертуар, взрослый драматический театр. Я более свободен вечерами. Поэтому согласился. И понравился голос мой. Я только зашел к Величкину, говорю: «Здравствуйте!». «Все, мы вас берем!». После этого и на Олимпиаду поехал – голосом фигурного катания. Там было очень тяжело. Там борьба! Если бы российские соревнования – это ладно. А тут же международные! Тут же все переживают за своих. И даже дикторы. Такая внутренняя политическая борьба шла. На нервах все, на нервах!

О сыгранных ролях

Роль мечта? Может быть она еще впереди. Откуда я знаю? Вот иногда дают роль, и не знаешь поначалу, не понимаешь – твое это или не твое. А когда ты начинаешь влезать в шкуру этого персонажа и сам себе удивляешься: «Господи Боже! Вот это то, о чем я мечтал!». А так вот сказать: «Я не сыграл Ромео…». Я так не могу! Многие артисты говорят: «Я хочу короля Лира». А что ты понимаешь в этом короле? Просто хочу и все? Я так не говорю никогда. Я любую роль возьму. Попробую, сделаю ее и сделаю так, чтобы я ловил кайф от роли. И мне этого достаточно. Бывают маленькие роли. Но они звездные.