- Я был командиром взводоуправления, закончил военное училище и хорошо читал карты (в том числе немецкие и польские). Мне было 19 лет. С января по март 1945-го мы очистили Польшу и оказались на берегу Балтийского моря. Немцы отступили и заняли оборону Кененсгберга, а мы вышли на берлинское направление. 1 марта я обеспечивал прорыв, мы погнали немцев через небольшую речушку, но меня отправили в тыл, где находились наша артиллерия и минометы, в двух километрах от передовой. Мы шли отрыто, не опасаясь, по целине, по пашне. И вдруг...выстрел. Снаряд недолетел, я подумал, что следующий преземлиться уже за нами, и мы окажемся в середине артиллерийской вилки, но я просчитался. Выстрел был скорректирован и вторая мина разорвалась у меня под ногами. Я упал, но быстро соскочил, опасаясь, что будет еще стрельба. Сделав несколько шагов, упал вновь. У сержанта, который был со мной, от этого взрыва вырвало клок плеча, он подбежал ко мне и тут я почувствовал ожог. Из сапога начала бить горячая кровь. Мы не смогли перевязать ногу. Я наложил ему повязку на плечо и от потащил меня. Нам срочно нужно было вернуться на огневую позицию, ведь схему отступления знал только я. Он понес меня. Мы добрались до огневой, а они уже подготовились и были на колесах. Мне надо было сесть в головную машину и показывать движение переправы, догоняя и поддерживая нашу пехоту. Сапог снять с меня не могли, пришлось его разрезать. Ногу перевязали, и я не вышел из боя. Вот это самое главное! Мог ведь истечь кровью... За этот бой я был награжден Орденом красной звезды. Вышел я из боя только тогда, когда мы опеспечили переправу и догнали пехоту... Мне даже хотели ампутировать ногу, но оказалось, что осколок застрял между большой и малой берцовыми костями. Решили не оперировать, потому что загноения не было. Этот осколок до сих пор во мне... Прихрамывая, я вернулся в строй. Мы шли по Европе. Бои продолжались. На Эльбу вышли 5 мая. На другом берегу стояли танки и тяжелая артиллерия англичан. Стволы были расчехлены и направлены на наш берег. Мы получили команду: не стрелять, не приследовать (до этого приследовали эссесовцев — прим.автора)... а через Эльбу был оперативный мостик. По нему недобитые немцы удирали, буквально драпали. Кто в кальсонах, кто в нижней рубахе... Они сдавались союзникам. Наша пехота заняла берег Эльбы, а мы вынуждены были отойти. Так для меня и моих солдат закончилась эта война. Это было 5 мая.

Пётр Павлович Хомутинин, ветеран Великой Отечественной войны