В середине сентября 2015 года Анна М., находящаяся в состоянии алкогольного опьянения, в квартире по ул. им. «газеты «Правда» г. Магнитогорска, в кухне квартиры, наложила ладонь своей руки на лицо своей дочери, лежащей в детской коляске, и надавила ладонью на лицо ребенка, препятствуя, тем самым, поступлению воздуха в ее органы дыхания через нос и рот.

Убийство не было доведено до конца, потому что друзья хозяйки квартиры остановили горе-мать и унесли ребёнка в другую комнату.

Однако Анна М., через незначительный промежуток времени, вновь взяла ребёнка и стала руками с силой прижимать его лицом к своей груди, препятствуя, тем самым, поступлению воздуха в ее органы дыхания через нос и рот, при этом шея малолетней находилась в захвате между предплечьем и плечом правой руки матери, а затем, кончиками пальцев своей правой руки стала давить на лицо малолетней, пытаясь сломать ей шею. Ребёнка снова спасли присутствующие в квартире люди.

Подсудимая предъявленное обвинение не признала в полном объеме, поясняла, что в середине сентября 2015 года утром пришла с работы женщина, у которой она жила. До обеда они выпили пива, затем пришла её подруга и втроём начали употреблять спиртное. Потом хозяйка ушла спать, а к ним присоединись 2 парня. В какой-то момент она поспорила со своей подругой, после чего ушла спать, а когда проснулась, спор с подругой перерос в драку. В отношении своего ребёнка никакого насилия не применяла.

Оценив доказательства по делу, суд квалифицировал действия Анны М. по ч.3 ст. 30 п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ., считая правильным исключить из предъявленного обвинения суждение о том, что она согнула тело малолетней так, что пятки ног потерпевшей касались затылка собственной головы, принимая во внимание показания эксперта, который пояснял суду, что такое изгибание позвоночника является противоестественным, влечет причинение травм позвоночника.

Оценивая показания Анны о том, что между ней и ей подругой произошел конфликт из-за неправомерных действий последней, из-за которых она хотела уйти из квартиры с ребенком, суд расценил критически, как данные с целью преуменьшить свою роль в содеянном и избежать ответственности за содеянное, принимая во внимание показания свидетелей, которые поясняли суду, что каких-либо ссор и конфликтов в ходе застолья не происходило, действия героини этой истории были для всех неожиданными и беспричинными.

При назначении женщины вида и размера наказания, суд учёл молодой возраст последней, наличие у подсудимой эмоционально-неустойчивого расстройства личности, то обстоятельство, что Анна М. воспитывалась в государственном учреждении, где не получала необходимой родительской заботы, что в возрасте 21 года родила ребенка-инвалида, требующего постоянного ухода и повышенного внимания, воспитанием и лечением ребенка занималась одна. Воспитание ребенка в таких условиях представляло для матери ежедневную тяжелую физическую и психологическую нагрузку, которая, и стала, по мнению суда, основной причиной возникновения у подсудимой умысла на совершение преступления. Указанную тяжелую жизненную ситуацию, в которой находилась Анна М., суд посчитал исключительной и учёл в качестве основания для назначения наказания ниже низшего предела.

В качестве отягчающих обстоятельств суд учёл алкогольное опьянение, которое способствовало снижению самоконтроля матери над своим поведением, вызвало агрессивное поведение к малолетней дочери и способствовало совершению преступления.

Женщину ждёт наказание в виде лишения свободы на срок четыре года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговор вступил в законную силу.