В тот день, 30 марта, Артем Карасик проснулся от шума снизу. Семья живет на первом этаже многоэтажки, а в подвале у главы семейства располагается мастерская. Утром 54-летний Ефим Карасик проводил там паяльные работы, и ему резко стало плохо, по всей видимости, от запаха канифоли. Мужчина более 25 лет мучается от приступов хронической астмы, и привык самостоятельно оказывать помощь. Но на этот раз под рукой не оказалось ни шприца с эуфелином, ни ингалятора. Сын, когда спустился вниз, застал отца на полу.

«Отец положил себя на левый бок, у него уже пошла пена изо рта, он задыхался, судорожно хватал воздух, он не мог ни сказать, ни показать ничего, — рассказывает сын Артем Карасик. — Глаза были широко раскрыты. Я понял, что ничего не добьюсь от него, чтоб он подсказал, как ему помочь. Я вызвал скорую».

Звонок дежурному поступил в 10.56, через шесть минут прибыла бригада медиков. Сначала они выяснили, чем болел пациент. Сын перечислил весь перечень диагнозов: хроническая астма, хронический гайморит, язвы двенадцатиперстной кишки. Померили мужчине давление, сняли кардиограмму. Показатели в норме, единственное, есть небольшая тахикардия. А зрачки были расширены и не реагировали на свет.

«Они начинают переговариваться, мол, да что такое с мужиком, — продолжает Артем. — Они главное, видят, что он задыхается. Но при этом делают акцент на то, что у него всего лишь зрачки расширены и глаза не реагируют на свет. Потом женщина со скорой вальяжно села в кресло, при этом отец мой задыхается у нее в ногах. И попросила его документы. Я начал маме звонить, потому что я найти их не могу. Она начала кричать в трубку: „Вколите ему эуфелин“. Она так закричала, что было слышно ее голос на обычной громкости через динамик. На что сотрудница скорой сказала: „Эй, вы мне мешаете записывать, уйдите отсюда“. Я не вышел, потом я ей дал все документы. Она сидела и спокойно записывала все данные вместо того, чтобы что-то предпринять для спасения отца. Единственное, ее помощник продолжал бегать около отца, пытался что-то делать, сопереживал нам».

Через пятнадцать минут показатели давления и пульса у пациента начали падать. Медики вызвали реанимацию.

«Пока ехала другая бригада, я не знаю зачем, медики вставили отцу трубку для искусственного дыхания, не подключая ее к кислородному насосу, — продолжает Артем Карасик. — Они как будто бы хотели показать, что что-то делали. Но на самом деле они просто проверили до этого показатели и все».

Медики реанимации, прибыв на место, принялись спасать пациента: сделали непрямой массаж сердца, искусственное дыхание, использовали дефибриллятор и вкололи адреналин. Но все было тщетно. Смерть мужчины констатировали в 11.54.

«Они так торопились уйти, что не закрыли глаза и рот отцу после попытки реанимации, — рассказал Артем Карасик. — Когда моя мама уже влетела в квартиру, когда она увидела папу... Он с таким выражением лица лежал, глаза просили „помогите“. Он боролся до последнего, но, по нашему мнению, первая бригада не оказала своевременной помощи. Таким людям не место в медицине».

Семья Карасик написала заявление в полицию. А также обратилась к главврачу Станции скорой помощи. В организации началось служебное расследование.

«Сейчас мы собираем объяснительные с сотрудников, готовим материал к врачебной комиссии. Она пройдет на этой неделе. Будет большой разбор», — сообщил Александр Шумков, главный врач ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» г. Магнитогорск.

Если выясниться, что врачи действительно допустили ошибку, им грозят санкции: замечание, выговор, перевод во вторые номера (понижение в должности, это ударит по зарплате), вплоть до увольнения. Однако, как подчеркнул главврач, последняя мера — крайняя.

Если вы стали свидетелем чрезвычайного происшествия и у вас есть фото или видео — сообщайте нам в группу «ВКонтакте» «Магсити74 — новости. Магнитогорск (18+)», в «Инстаграм» или по электронной почте 313304@bk.ru.