Напомню, Магнитогорская епархия и волонтёры запустили акцию «Садовод»: жители города могут поделиться фруктами и овощами с тем, кто в них нуждается. Дары передаются многодетным семьям. Помогают епархии в перевозке жильцы «Социальной гостиницы» — места, где находят приют те, от которых отворачиваются семьи, друзья и государство.

Я разговорилась с одним из таких помощников, Глебом, с виду обычным мужчиной около 35 лет. Но почти сразу он раскрывает все карты. «Я наркоман. Живу в социальной гостинице. Нас много там таких», — поделился Глеб. Лёгкий шок у меня быстро сменяет любопытство: «А как Вы там живёте?». «Приходите, всё увидите сами», — заявляет Глеб.

И я пошла. Плутая в узких улочках Ленинского района, я наконец вышла на дом № 15а по улице Чаплыгина. Обычный коттедж: бежевый высокий забор, два этажа, рядом такие же дома. Но этот коттедж снимает благотворительный фонд «Социальная гостиница». Сейчас в гостинице живёт 27 человек.

Спасение утопающих — дело рук самих утопающих

Михаил — сам бывший наркоман с 20-летним стажем употребления. Так же, как и жители его гостиницы, он когда-то он попал в подобный социальный центр. Именно там он впервые начал работать. «Я ничего не умел, здесь научился и розетку заменить, и кафель выкладывать». Нынешние жильцы тоже учатся всему с нуля. В основном, занимаются грузоперевозками. Что зарабатывают, вкладывают в общий бюджет: на эти средства покупаются продукты и всё необходимое для дома.

Каждому, кто приходит, выдаётся комплект одежды, вплоть до нижнего белья. Часть покупается, а часть приносят горожане в храмы Магнитогорска.

Тем временем мы входим в дом. Я переобуваюсь в тапочки: как в любом доме, здесь не принято ходить в обуви по самому коттеджу. На полу — ковролин, линолеум, на стенах — чистые светлые обои. На стене в зале— плакат: «Тому, кто не хочет изменить свою жизнь, помочь невозможно».

Михаил устраивает мне экскурсию по дому. Первый этаж дома занят кухней, санузлом, залом, несколькими комнатами жильцов и кабинетом. На втором этаже тоже есть санузел и несколько комнат. Прилегают к коттеджу гараж, баня и небольшой огород, где растут овощи. Везде чистота и порядок.

Истории, которые есть в каждом дворе

Из-за моего визита в гостинице оживление: все 27 человек собрались, чтобы познакомиться со мной. Основная масса — мужчины 30-40 лет. Правда встречаются и совсем молодые: от 18 лет.

«Есть у нас люди и с Магнитогорска, и с Кемеровской области, и даже с Вологды. Перенаправляют с других центров, пно, в основном, приходят сами. К нам даже кошка сама пришла, —продолжает Михаил. — Сразу направляем прибывших на флюорографию в поликлинику № 4. Если выявляют туберкулёз, отправляем лечиться. Помимо врачей, с нами сотрудничает и психолог на безвозмездной основе».

Кто-то из присутствующих внимательно на меня смотрит, кто-то наоборот сидит, потупив взор. Уже позже я узнаю, что общение и принятие их обществом — одно из главных желаний жителей гостиницы. «Я раньше ходил оборванный, грязный, пытался восстановить документы — со мной даже разговаривать не хотели. Теперь я спокойно восстановил документы, меня нормально воспринимают», — рассказывает один из жителей гостиницы.

Почти у всех них истории похожи одна на другую: выпивал, потом начал уходить в загулы, потерял семью и скатился на социальное дно, или от расстройства начал принимать наркотики и сам не заметил, как они стали смыслом жизни. А потом все они оказались здесь. За плечами у каждого — поломанная жизнь.

«Наверное, есть те, кто уже не может остановиться, например, те, кто курит спайс», — рассуждаю я. «Все могут. Главное, действительно этого захотеть, — отвечает мне Михаил и тут же добавляет. — Мне знакомый профессор показывал фотографии вскрытого черепа умершего от спайса. Мозга там нет, просто каша».

И всё же есть самый сложный контингент — лица без определённого места жительства. Говорят, что если человек год живёт на улице, потом его практически невозможно вернуть в домашнюю обстановку. Им милее становится пусть бесприютная, но свобода.

Луч надежды

Подъём, утренняя молитва, завтрак, обед и ужин — здесь всё по расписанию. Кушают все вместе. Жильцы рассказывают, что за день съедается 25 булок хлеба. Интересуюсь: молитва обязательна? «Конечно! У нас все православные!» —оживляются жители. Потом вспоминают: есть один мусульманин. Принимая сюда, никто не спрашивает о вероисповедании. Многие и вовсе приходят атеистами и крестятся уже здесь. Регулярно гостиницу посещают священники. Был здесь и епископ Магнитогорской епархии Иннокентий.

Среди обитателей — всего три женщины. «Женщины к вам не приходят?» — недоумеваю я.

«Они не так часто оказываются на улице, поэтому их мало. Недавно были у нас две беременные женщины, у одной из них двое детей. Им негде было жить, — рассказывает Михаил. — Здесь даже семьи образовываются. Вот недавно одни ушли на съёмную квартиру, теперь приходят в гости к нам».

Однако оказалось, что такой переход к самостоятельной жизни — редкость. Жизнь по графику, контроль, общение в среде «завязавших» удерживают людей от возвращения к прежней жизни. Да и семьи не спешат принимать их обратно. «Моя мама боится, что я снова сорвусь. И я сам боюсь. Бывших алкоголиков и наркоманов не бывает», — так отвечают жители гостиницы.

Новая жизнь

В гостинице существует целый свод правил. В первую очередь, жителям нельзя употреблять спиртные напитки, наркотики, материться. Всё это даётся с трудом, многие уходят, но некоторые преодолевают себя и живут здесь годами. «У нас никто не ходит по одному. Даже если один предложит напиться, второй попытается его отговорить. Бывает, конечно, что оба напиваются. Один раз дал одному из ребят полторы тысячи, после этого не видел его полтора месяца, потом опять пришёл», — рассказывает Михаил.

Жильцы держат связь с близкими с помощью сотовых телефонов. Осваивают они и интернет: в коттедже есть wi-fi. Просмотр хоккейных трансляций и познавательных телепередач, а также игра в футбол — новые увлечения жильцов гостиницы. Почти все здесь стали болельщиками «Металлурга», стараются не пропускать ни один матч. Все эти занятия вкупе с работой отвлекают их от навязчивых мыслей о выпивке и наркотиках.

Несмотря на то, что средств катастрофически не хватает, жильцы регулярно ходят в гости с подарками к ребятам из Центра социальной помощи семье и детям. На Новый год наряжаются Дедом Морозом и Снегурочкой. Зачем? «Ведь это дети алкоголиков и наркоманов», — поясняют они.

«Сколько стоит номер?»

С помощью объявлений мужчины предлагают свои услуги: хозяйственные, земляные работы, грузоперевозки. В гараже социальной гостиницы стоит грузовая «ГАЗель». Развешивают объявления о помощи наркозависимым и о возможности приюта. Михаил отвечает на телефонные звонки круглосуточно.

Случаются и недоразумения: увидев надпись «социальная гостиница», некоторые иногородние интересуются, сколько стоит номер. Но чаще звонят «по адресу», а ещё чаще просто приходят.

Так, пока я была в гостинице, там появился новенький. Потерянный, он, возможно, впервые за несколько месяцев принял душ и переоделся в чистую одежду. Так что, когда я уходила, в гостинице было уже 28 жильцов.