Кнопка звонка, установленного на двери КПП, никак не реагирует на нажатие — ни звука, ни глухого электрического треска. Фотограф, уже бывавшая здесь, сразу же обнадёживает: «Они всё слышат». И действительно, через минуту на нас глядят из-за забора. Ещё немного, дверь открывается — но нас просят подождать.
Ждём мы автобуса с ребятами из сороковой школы. Они не первые дети, которых пригласили на экскурсию в подразделение. В прошлый раз школьники смешались со «студентами» курсов ДОСААФ. Сегодня же класс едет в персональный тур.
Из-за пригорка показывается автомобиль сопровождения ДПС, а после и сам транспорт. Детей завезли без досмотра, через открытые ворота вошли и журналисты. Пока их провожают на плац, у входа в казарму нас инструктирует командир части: «Технику не снимать — секрето!»
Школьники сами вытягиваются в шеренгу — то ли место располагает, то ли разметка. После стандартных слов приветствия, по-армейскому быстро разбиваются на две группы. Одни идут в казармы, другие остаются на улице смотреть на оружие и мужчин в противогазах.
Группы разбили не случайно: часть маленькая, в ней живут не больше сорока человек. Потому и помещения — совсем не для класса на 30 парт. Тесные, компактные, но душными их не назовёшь.
Внутри казарма похожа на жилой блок детского лагеря — и цветом стен, и запахом влажности. Детство сдувает дневальный, стоящий строго прямо на небольшом возвышении от пола. Понимаешь — этот чётко расписанный «лагерь» длится, как минимум, один год.
Командир части показывает школьникам спальню. Здесь — несколько рядов двухъярусных кроватей. Рядом шкаф со спецодеждой, в том числе с формой МЧС. И «тренажёрный зал», прямо подле спальных мест.
Детей же интересует «джентльменский набор» — разложенная упаковка вещей для туалета. Здесь полотенце, дезодорант, мыло, бритва с несколькими сменными станками. И множество гелей: для рук, для ног, для губ.
Такой набор выдают каждому солдату, говорит командир части. Старший сержант потом поправляет — выдают в «учебке» на весь год. Когда тюбики кончаются — остаётся мыло.
Над предметами для ухода за собой висят показательные модели одежды: зимний комплект, летний, демисезонный, непромокаемая одежда, «офисная» и спортивная. Капитан говорит, полный набор на солдата стоит около 80 тысяч рублей. Но чаще всего используют «офисную» — в ней обычно ходят по части.
Группу передислоцировали из спальной комнаты в кабинет досуга. Здесь несколько диванов, телевизор и комнатные растения. На окнах висят плотные жалюзи. Как рассказывают школьникам, именно в этой комнате солдаты узнают о новостях с «гражданки». А по слухам, некоторым удаётся смотреть хоккей.
Рядом с комнатой досуга расположился почтовый ящик, которым, по словам командира, редко пользуются — чаще звонят по телефону. «По правилам, телефоном можно пользоваться по праздникам и выходным», — объясняет командир.
Напротив ящика висит стенд, на которым один из листов напоминает: в интернете нельзя показывать свою принадлежность ВС РФ. Текст иллюстрирует скриншот перечёркнутого профиля «Вконтакте» с аватаркой человека в военной форме.
Пока одни слушают гида, другие пытаются растормошить дневального. На вопрос, как попал в армию, отвечает: сам захотел служить. Сейчас в магнитогорской военной части почти все жители — срочники.
На кухне школьников кормить не стали — рассказывают, что поварами тоже работают солдаты. «Это у нас часть маленькая. В больших частях работает гражданский персонал. А где-то есть «шведский стол» — солдаты сами могут выбрать еду». У наших же срочников меню определено.
— Средний вес первого блюда — 400 грамм, средний вес второго — 500. Вот и получается, что солдат за обедом съедает почти килограмм еды, — нахваливает столовую капитан.
Хорошо кормят — чтобы потом хорошо пострелять. Другой группе показывают пистолет и автомат Калашникова. Оба разбираются. Раскладывают по запчастям сами солдаты — дети с такой техникой ещё не знакомы. «Я только из воздушки стрелял», — оправдывается молодой человек, объяснивший ранее, что глушитель нужен для усиления точности.
Рядом идёт презентация костюма химзашиты — противогаз и накидка. Манекен водит глазами из стороны в сторону, словно ищет сочувствия. Школьникам накидки не доверили, а вот противогаз померить разрешили. «Нужно надеть, проверить, не прокручивается ли фильтр, и прижать резину плотнее возле подбородка», — инструктирует солдат.
Через время группы поменялись местами. Теперь те, кто ходил по казарме, смотрят на оружие. А те, кто радовался противогазу, оценивают кровати, на которых, если верить командиру, постелены ортопедические матрасы.
Слово за слово, вновь про костюмы и косметику. Мы отошли в сторонку — ближе к командиру, который начищенной ногой поправляет ровно стоящие пронумерованные «персональные» табуреты. «Знаете, армия учит быть по-настоящему педантичным», — резюмирует начальник.
Педантичность эта видна во всём: в пяти многостраничных уставах, выставленных книгами у окна дежурного, в количестве раций на посту. Даже на кухне есть специальные весы, на которых можно взвесить блюдо — чтобы доложили по нормативам. В этом строгом порядке срочники проводят год, контрактники — годы. О таких тонкостях школьникам не сказали.
Тем временем детей снова выстраивают на плацу. На этот раз, чтобы они стали зрителями. Диверсионная группа, которая защищает территорию части от непрошенных гостей, показывает мастер-класс самообороны. Коллеги по части выхватывают друг у друга ножи, уходят от выстрела в сердца и раскидывают группы на раз-два.
А в конце — песня. Трёхминутная. На мотив «We will rock you»: «Мы-же-с-Р-Т-В [Радиотехнические войска ВКС]». После песни небольшое прощание — и по домам. Школьники признаются, больше всего их впечатлил музыкальный номер. Сама же военная жизнь удивила по большей части девушек.
— Мне не понравилось, думаю, такая жизнь — скучная, может быть весёлой, если «вольёшься», но не для меня, — оценил призывник солдатский быт.
Встречу солдат и старшеклассников организовало местное отделение Союза призывников России. Это — последний тур в этом году. В 2018-м экскурсии хотят продолжить. Надеются, удастся сводить все школы.
