Своё исковое заявление о возмещении ущерба, причиненного пожаром Рустам Д. подал в Орджоникидзевский районный суд Магнитогорска.
В обоснование заявленных требований Рустам Д. указывал, что 24 января 2011 года произошло возгорание его дома. Пожаром был уничтожен весь дом, виновником пожара явился Андрей Г. В 2012 году он и его супруга Раиса Д. обратились в суд с иском к ответчику о возмещении ущерба, причиненного пожаром. Предметом судебного разбирательства был жилой дом без учета находившегося в нем имущества. Апелляционным решением от 14 февраля 2013 года была установлена вина Андрея Г., в произошедшем пожаре, с Андрея Г. было взыскано по 817 854 рубля в пользу каждого из истцов.
Однако, при этом не была учтена стоимость находящегося в жилом доме имущества. Истец, считал, что на момент пожара в доме находилось имущество на сумму 1 640 016 рублей 70 копеек. Просил взыскать с ответчика 1 640 016 рублей 70 копеек.
В судебном заседании истец пояснял, что в результате произошедшего пожара в доме было уничтожено имущество, находившееся на тот момент помещении. В списке оказались как крупногабаритные и дорогостоящие предметы, например, гаражные ворота стоимостью 58 700 рублей, лестница стоимостью 209 600 рублей, комплект кухонной мебели стоимостью 450 000 рублей, комплект штор стоимостью 67 000 рублей, так и «мелочь» вроде завертки под ручку стоимостью 595 рублей, жидких гвоздей стоимостью 120 рублей, мыльницы стоимостью 408 рублей, крючка стоимостью 391 рубль и паркетных гвоздей стоимостью 40 рублей.
Всего в списке оказалось более 60 пунктов. А стоимость указанного имущества подтверждалась представленными суду дубликатами счетов, квитанций. При этом из представленных суду дубликатов было видно, что данные вещи приобретались в период с 2008 года. Установлено, что пожар в жилом доме был в январе 2011 года.
Суд счел, что истцом не было предоставлено относимых, допустимых доказательств, что стоимость вещей на момент пожара не изменилась. Довод истца о том, что на момент пожара в доме находились вышеуказанные вещи, поскольку дом был жилой не может влечь таких последствий как удовлетворение заявленных требований. Поскольку именно истец должен доказать перечень находившихся в помещении на момент пожара вещей и также их стоимость.
Представленные суду доказательства в виде показания свидетелей не подтверждали данный факт. Поскольку указанные свидетели были в жилом доме истца в мае 2010 года (пожар произошел в январе 2011 года). Никто из них не знал наименование мебели, которая находилась в данном доме, ее стоимость. Свидетели, истец, в судебном заседании дали противоречивые показания в части количества люстр, дверей, окон, их места нахождения.
Помимо этого суд учел, что у истца имелось в собственности еще жилое помещение, квартира в г. Магнитогорске и жилой дом в Республики Башкортостан. Доказательств, что указанные в дубликатах квитанций, счетов вещи приобретались не в данные жилые помещение стороной истца не было предоставлено.
Суд пришел к выводу, что Апелляционным решением от 14 февраля 2013 года с ответчика уже был взыскан в пользу истца ущерб, причиненный пожаром. Истцом, суду не было предоставлено относимых, достоверных и допустимых доказательств, что окна, двери, конструктивные элементы дверей, строительные материалы (гвозди, саморезы, клей), сантехника, лестница не являются конструктивными элементами жилого дома и не были учтены при определении размера ущерба.
С учетом изложенного, суд решил в удовлетворении исковых требований Рустама Д. к Андрею Г. о возмещении ущерба, причиненного пожаром отказать.
Кроме того теперь уже сам истец Рустама Д. Должен городской казне 15 640 рублей, поскольку в удовлетворении иска отказано, указанная госпошлина подлежит взысканию с истца в доход местного бюджета.
Решение суда вступило в силу.
Пресс-служба Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска, консультант суда
Акмайкина Ирина Валерьевна
